WWW.KNIGI.KONFLIB.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

 
<< HOME
Научная библиотека
CONTACTS

Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 | 6 |   ...   | 39 |

«В.Ж. Келле ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНОЕ И ДУХОВНОЕ НАЧАЛА В КУЛЬТУРЕ Москва 2011 УДК 130 ББК 71.0 К 34 Научный редактор И.Ф. Михайлов Келле, В.Ж. Интеллектуальное и духовное начала ...»

-- [ Страница 4 ] --

породило свою особую тенденцию в культуре, с которой, стремясь к самоутверждению, идентифицировало себя подрастающее поколение. Понятия «субкультура», «контркультура» стали тем методологическим инструментарием, который помог теоретически определить возникшие в культуре новые явления.

Во всех этих случаях причины образования или создания в культуре структурных различий находились вне самой культуры, в социальной реальности, в политических или этносоциальных процессах.

Однако, как было сказано, эти различия могут порождаться и ее собственной динамикой, например, деление на материальную и духовную, высокую и народную, элитарную и массовую культуру.

Для данной работы существенное значение имеет та или иная трактовка деления культуры на материальную и духовную. В этой оппозиции «духовное» выступает синонимом нематериального или идеального.

Понятие «идеальное» многозначно. В повседневном обиходе оно, большей частью, трактуется как производное от идеала.

В этом ключе идеальное означает высокое, совершенное, чистое, незапятнанное корыстью и другими низменными помыслами.

В философии это понятие применяется в сопоставлении с материальным для характеристики сознания, духа, мышления, восприятия, психического вообще. Все эти явления субъективного мира человека нематериальны, т. е. идеальны. Идеальное объективируется в человеческой деятельности, в культуре, в мире, создаваемом самим человеком. Поэтому все объективно существующие предметы культуры, во-первых, являются единством материального и идеального и, во-вторых, представляют собой предметы культуры лишь в единстве с субъектом. Вне этого взаимоотношения они могут рассматриваться просто как предметы природы5, в том смысле, что подчиняются только объективным естественным законам. Отсюда следует, что разграничение материальной и духовной культуры имеет не принципиальное, а лишь функциональное значение.

Обращаясь к истокам того разграничения в культуре, анализу которого посвящена данная работа, следует вспомнить один исторический эпизод, вызвавший на Западе широкую и продолжительную дискуссию. В 1959 г. в Кембридже известный английский писатель и ученый-физик Чарльз Сноу прочитал лекцию на тему «Две культуры и научная революция»6. Тема лекции была навеяна сложившейся тогда в Англии ситуацией в сфере культуры. Будучи одновременно и естествоиспытателем и писателем, т. е. представителем и научной и художественной интеллигенции, он имел доступ и в ту, и в другую среду. Общаясь с коллегами и зная каждую среду изнутри, он обнаружил, что естественники и гуманитарии мало знают и, главное, не понимают друг друга, говорят как бы на разных языках. Ч.Сноу расценил эти факты не как некую частность, а как явление общественно значимое и заслуживающее особого рассмотрения. Он пришел к теоретическому выводу, что здесь сложились две культуры – научная, распространенная в научных кругах, преимущественно среди естествоиспытателей, и художественная, характерная для гуманитарной интеллигенции. Эта позиция позволила ему резко поставить вопрос: взаимное отчуждение этих культур и их носителей приводит к серьезным идейным и моральным потерям для обеих сторон. Одной из главных причин противостояния культур Ч.Сноу посчитал узкую специализацию, характерную для английской системы образования. И он предложил ее изменить, учесть опыт других стран.

Таким образом, он не просто поставил важную и актуальную проблему культурной жизни страны, но и выяснил ее генезис, причины ее появления, а также предложил свое решение проблемы7.

К.Поппер возражает против такой трактовки предметов культуры. Они ими остаются независимо от того, включены они в деятельность людей или нет.

Такой подход вытекает из его концепции развития научного знания как динамики бессубъектного «третьего мира», аналогичного биологической эволюции. См.: Поппер К. Логика и рост научного знания. М., 1983. С. 450–455.

См.: Сноу Ч.П. Две культуры. М., 1973.

В СССР тема двух культур тоже обсуждалась в те годы. Расхожими стали строки стихотворения Заболоцкого: «Что-то физики в почете, что-то лирики в загоне».

Предметом анализа в данной работе является культура, и даже не совсем культура, а тема двух культур, которые рассматриваются, однако, в широком плане – как разделение, относящееся не только к оппозиции научной и художественной культуры, но и к культуре в целом, т. е. пронизывающее всю культуру. Этого рода разграничение выражается уже в более широких категориях – в понятиях духовная и интеллектуальная культура. Художественная культура без сомнения относится к сфере духовной культуры, а научную культуру можно определить как культуру интеллектуальную. В этой постановке вопроса сама идея двух культур, или двух ветвей (составляющих, аспектов, начал) в рамках единой и целостной культуры, приобретает общую теоретическую значимость. Автор желал бы ввести идею в философский дискурс. Для этого надо дать обоснование необходимости и важности разграничения интеллектуальной и духовной ветвей культуры, определение того, насколько методологически перспективным является это различение в качестве одного из методологических принципов анализа культуры, и более глубокого проникновения в ее существо, уяснения ее структурных характеристик, особенностей процесса ее созидания, творчества, и закономерностей динамики культуры, понимания ее истории и ее проблем. Под этим углом зрения рассматриваются и культура разных эпох, и ее проблемы, и ее современное состояние.

Полагая, что данная методология открывает перспективу использования новых нетрадиционных подходов к анализу культуры, ее истории, ее развитию, автор не считает в то же время, что она изобретена впервые. В ней в обобщенном виде выражено то, что в своих разнообразных, преимущественно частных проявлениях присутствует во всей истории европейской философии, является для нее вечной проблемой.



Язык уловил и выразил различие веры и знания, истины и ценности, идеологии и науки. Но ведь все это отдельные проявления различия духовного и интеллектуального начал в культуре.

Ныне тема двух культур и в узком, как во времена Сноу, и в широком плане вновь становится актуальной. Применительно к России актуальность ее связана с реформами, поскольку они затрагивают сферу общественного сознания и культуры. Отказ от социализма, развал СССР, переход к рыночной экономике кардинально изменили отношение общества, государства и культуры.

Возникли новые проблемы, а многие старые потеряли свое значение. Позитивные результаты реформ, такие как отказ от цензуры, плюрализм в сфере культуры, свобода слова, печати, въезда и выезда и т. д., перекрывали их разнообразные негативные последствия для общества и его культуры. «Все смешалось в доме Облонских».

Началась коммерциализация художественной культуры – сложный и неоднозначный процесс ее адаптации к условиям рыночной экономики. В издательском деле главным критерием отбора стала прибыль. Но под эту рубрику попала и прежде находившаяся под запретом отечественная и зарубежная литература. Церкви вернули ее храмы и ценности, с ней стали связывать надежды на духовное возрождение России. Усилилось ее влияние на общество.

В очень трудном положении оказалась наука. Доставшуюся в наследство от Советского Союза науку власть объявила избыточной для России. Наука стала уменьшаться подобно шагреневой коже, и за несколько лет количество занятых в ней сократилось более чем вдвое. Отсутствие запроса на научные исследования и разработки, а также длительное недофинансирование привели к тому, что фундаментальная наука стала постепенно деградировать, а прикладная гражданская наука почти полностью развалилась.

«Реформа» науки свелась к ее сокращению под флагом избавления от слабо работающих неэффективных институтов и мало продуктивных научных сотрудников. Резко упал престиж науки, также уменьшился приток молодежи, что создало реальную угрозу для самого существования науки в российском обществе. Стали раздаваться голоса, что все это не имеет существенного значения, ибо XXI в. не будет веком науки, а Россия должна связывать свои перспективы с присущей ей традиционной духовностью.

Вместе с тем в стране резко увеличилось потребление алкоголя, смертность, особенно мужчин, стала превышать рождаемость, нравственное разложение затронуло некоторые группы населения.

И все это на фоне общего падения производства, роста социального неравенства, обнищания массы населения, огромного разрыва в уровне доходов богатых и бедных. Страна понемногу начала подниматься лишь в начале нового столетия. Остановился спад экономики, и последняя стала набирать обороты, начала расти зарплата. Высокие цены на энергосырье позволили накопить средства, необходимые для первоочередного решения экономических и социальных проблем. Россия вступила на инновационный путь развития. А для этого стал необходим подъем науки, совершенствования системы и повышения качества образования, укрепление интеллектуального и духовного потенциала общества. Приобретали первостепенное значение такие понятия, как долг, Родина, семья, традиции и новации, свобода и ответственность, ценностные ориентации, вера и знание, а также профессионализм, отношение к труду, уважение к закону и т. п. и т. д. Вместе с тем мощное влияние на сознание и поведение стала оказывать рыночная экономика с ее меркантилизмом и прагматизмом, экономическим детерминизмом.

Все это создавало в обществе весьма противоречивую ситуацию.

Разрешение этих противоречий зависит от совокупного действия многих факторов, среди которых немалую роль играет культурная политика государства, основанная на ясных представлениях об особенностях различных структурных образованиях культуры.

Научный институт, вуз, театр, футбольная команда – разные объекты управления. И успех достигается, когда руководство учитывает природу того дела, которым каждый коллектив занимается.

Разграничение интеллектуальной и духовной культуры в буквальном смысле слова дает ключ к пониманию специфики различных структурных образований культуры, и следовательно, является одним из перспективных методологических принципов ее анализа.

Данная работа посвящена доказательству этого положения.

РАЗДЕЛ ПЕРВЫЙ

ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНОЕ И ДУХОВНОЕ

В ИСТОРИИ КУЛЬТУРЫ

Синкретизм первобытной культуры Как отличить человека от животного? Казалось бы, такой проблемы вообще не существует: ответ очевиден. Качества человека, кроме особенностей его физической организации, это наличие сознания, членораздельной речи, способности к труду как сознательной целесообразной деятельности. Но если поставить этот же вопрос несколько по-иному: где та грань, переступив которую предок человека стал человеком, то ответ становится уже не столь очевидным.

Но мне представляется, что однозначный ответ имеется: человек с самого начала, с момента своего возникновения является творцом и носителем культуры. Человек – единственное существо на планете Земля, способное созидать культуру. Средствами созидания являются сознание, язык, и творческая деятельность.

Культура – обобщающее понятие, характеризующее специфику человека. Культура – это и есть открытый миру человек, с его средой обитания, формами общения, внутренним миром и социума и индивида. Только надо знать язык этой культуры, т. е. уметь выявлять ее значение и смысловую нагрузку ее знаков, или жить в ней.

Первый вопрос, возникающий в связи с этим, применимо ли разграничение двух ветвей культуры к ее первобытному состоянию.

Множество наук имеет прямое или косвенное отношение к изучению первобытной культуры. Мы можем судить о ней по результатам работы археологов, историков, этнологов, антропологов, лингвистов и др.



Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 | 6 |   ...   | 39 |