WWW.KNIGI.KONFLIB.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

 
<< HOME
Научная библиотека
CONTACTS

Pages:     | 1 | 2 || 4 | 5 |   ...   | 97 |

«ИЗБРАННЫЕ ПРОИВЕДЕНИЯ В двух томах (Перевод С азербайджанского) ЧИНАР-ЧАП БАКУ - 2002 ТОМ ПЕРВЫЙ Составитель и редактор: ЭЛЬЧИН народный писатель Азербайджана, доктор ...»

-- [ Страница 3 ] --

И л ь д р ы м А т а е в (с улыбкой). А усталому человеку что нужно?

Р е й х а н (так же шутливо). Стакан крепкого душистого чая.

Р е й х а н. Сию минуту. (Выбегает на кухню.) И л ь д р ы м А т а е в. Смотрю на сад и думаю, как быстро пролетели эти восемь лет. Были тоненькие кустики, а превратились в большие деревья.

М е х р и д ж а н. Наверно, все здесь напоминает вам о прошлом...

И л ь д р ы м А т а е в. Лучше не вспоминать. Иногда это очень тяжелое занятие – вспоминать прошлое.

М е х р и д ж а н. Не знаю, я еще очень молода. Но ведь есть, я думаю, и такие вещи, что вспоминать их горько, но прекрасно.

И л ь д р ы м А т а е в (улыбается). В вашем возрасте и мне так казалось. Я был даже уверен, что в самом грустном воспоминании есть своя красота, своя романтика. Но теперь знаю: нет, страдание есть страдание! Потому старайтесь быть счастливой. Счастье легко уходит и очень редко возвращается...

Р е й х а н (держа стакан против света). Ну как, дядя?

И л ь д р ы м А т а е в. Отлично! (Берет чай, ставит перед собой. Шутливо.) Значит, проекты, начертанные Мехриджан-ханум, Рейхан претворяет в жизнь.

И л ь д р ы м А т а е в. Я завидую вашему содружеству.

Р е й х а н. Нас оно тоже радует. Вы видели наш жилой дом на улице Физули? Нравится?

И л ь д р ы м А т а е в. В целом – да. Нравятся размах, непринужденность, стремление все делать просто и красиво. Смотришь на него, и становится радостно.

Р е й х а н. Правда? А мы так волновались, дядя...

И л ь д р ы м А т а е в. И все-таки одно замечание у меня есть. Мне кажется, дом только выиграл бы, если бы общий рисунок был строже...

М е х р и д ж а н (покраснев). Это уже критика очень серьезная.

И л ь д р ы м А т а е в (улыбается). Нет. Может, я просто немного старомоден. Я же чувствую, что вы не сторонники спокойного, как у нашей Кенделечай, стиля в архитектуре.

И л ь д р ы м А т а е в. Ну раз так, не расстраивайтесь. Вкусы бывают разные. От души желаю, чтобы сверкнувшие в этом вашем первом произведении искорки таланта стали негасимым огнем, пламенем!

Р е й х а н. Кто знает, что ждет каждого из нас в будущем?

И л ь д р ы м А т а е в. Из «кто знает» не вырастет ничего путного. Надо знать, а главное – уметь добиваться. Воля – мать таланта!

М е х р и д ж а н (с улыбкой). Мы запомним эти ваши слова!

И л ь д р ы м А т а е в. Благодарю. (Пауза.) С вашего разрешения я пойду, надо отправить в Баку телеграммы. (Выходит в другую комнату.) М е х р и д ж а н (глядя ему вслед, взволнованно). Кому нужно было лишить счастья этого человека?

Р е й х а н. Моей мачехе. (Пауза.) То, что она сделала с моим дядей, она хочет теперь сделать со мной. Разве ты не видишь? Она готова на все, чтобы очернить в моих глазах Джангира.

М е х р и д ж а н. Я уверена, что никакая буря не сможет поколебать настоящую любовь!

Р е й х а н (задумчиво). Это верно, но...

Лицо кажется немного резким, но глаза умные, смотрят прямо и открыто.

Р е й х а н (беря руку Джангира). Легок на помине. Вот только что мы о тебе говорили, Джангир.

Д ж а н г и р. А я, по дороге сюда, думал, что непременно застану вас вместе.

М е х р и д ж а н. Если уж ревновать, то ревновать должна я. Это вы отнимаете у меня подругу, с которой мы дружим пятнадцать лет. После вашей свадьбы я останусь совсем одна.

Р е й х а н. Хорошо, хорошо, не расстраивай меня.

Д ж а н г и р (берет Мехриджан за руку). У вас есть брат. Почему же вы останетесь в одиночестве?

Р е й х а н. А главное, мы и втроем будем всегда вместе.

Р е й х а н (Джангиру). Я слыхала, что ты в нашей строительной конторе раскрыл крупное дело?

Р е й х а н. Говорят, что вмешался сам Садыхов.

М е х р и д ж а н. Видите, мы сидим ночами, не жалеем сил и нервов, а потом эти жулики...

Р е й х а н. К жуликам надо быть беспощадным, Джангир!

Входит Зияд Шахсуваров. Ему лет тридцать семь – тридцать восемь. Он очень старается держаться просто и деликатно, но в глазах его холод, будто блеск стекла. На нем дорогой костюм. Чувствуется, что присутствие в этом доме Джангира ему Ш а х с у в а р о в. Приветствую... Я вам не помешал?

Р е й х а н. Нет, что вы... Садитесь, пожалуйста.

Ш а х с у в а р о в. Спасибо. (Садится.) В выходной день тут помрешь с тоски. Особенно, если нет близких.

Р е й х а н. Что вы! Вас же весь город знает.

Ш а х с у в а р о в. Не всякого знакомого можно назвать другом, Рейхан-ханум.

Д ж а н г и р. Конечно. Человеку хочется побыть с друзьями, с людьми, которые ему действительно близки.

Ш а х с у в а р о в (ощущает иронию в словах Джангира. Но виду не подает.) Верно.

Д ж а н г и р. Можно лишь мечтать о близости с такой тонкой натурой, как у вас, Шахсуваров.

Ш а х с у в а р о в (улыбаясь). Вы чрезмерно щедры на комплименты, гражданин следователь!

Д ж а н г и р. Это не страшно. Вы же сами знаете, что щедрость – превосходное качество!

Ш а х с у в а р о в. Несомненно. (Шутливо.) Кстати, раз уж Джангир считает меня тонкой натурой, попрошу вас сыграть что-нибудь такое... Мы послушаем.

Р е й х а н. Уважение к дорогому гостю – наш долг.

Р е й х а н (садясь за пианино). Так что вам сыграть?

Р е й х а н. А вдруг то, что угодно моей душе, не понравится вашей?

Р е й х а н. Хоть бы мне оправдать эту вашу уверенность.

Шахсуваров в чуть картинной позе, опираясь на стол, стоит рядом с Рейхан.

Ш а х с у в а р о в (тихо, чтобы его могла слышать только Рейхан). Позавчера вечером я проходил мимо вашего дома. Вы играли эту же сонату. Я долго стоял и слушал.



Р е й х а н (улыбаясь). Правда?

Ш а х с у в а р о в. И слушая вас, я почувствовал себя вдруг таким несчастным.

Р е й х а н. Видимо, в тот вечер вы просто были в очень чувствительном настроении.

Ш а х с у в а р о в (смутившись). В любом случае мое настроение в тот вечер заслуживает скорее сочувствия, чем иронии.

Р е й х а н. Неужто я вас задела?

Ш а х с у в а р о в. Задели? Да если вы всадите мне в грудь десяток пуль, я...

Р е й х а н. Вы говорите, как древний рыцарь. (Хмурится и встает.) Д и л ь ш а д. Ого... Шахсуваров... Я уже решила, что вы не придете.

Ш а х с у в а р о в. Как может быть, чтобы вы позвали, а я не пришел?

Д и л ь ш а д. Спасибо. Вы отзывчивый человек.

Ш а х с у в а р о в. Вы меня смущаете, Дильшад-ханум...

Д и л ь ш а д. Вы слишком скромны, товарищ начальник. Добро пожаловать. А почему на ногах?

Рейхан, ты плохо ухаживаешь за гостями. Прошу вас, садитесь.

Д ж а н г и р. Не утруждайте себя. Мы и так сидим целыми днями. От этого тоже устаешь.

Д и л ь ш а д. Я на вас обижена. Слишком редко заходите к нам.

Д и л ь ш а д (многозначительно улыбаясь). Знаю, знаю. В последнее время у вас очень много дел.

Р е й х а н. Пошли, Джангир. Я хочу показать тебе макет, сделанный Мехриджан.

Д и л ь ш а д. Зияд, знаете вы историю с Садыховым?

Ш а х с у в а р о в. Всего сейчас не расскажешь. Однако, поверьте мне, дело достаточно серьезное.

Д и л ь ш а д. И что вы намерены делать?

Ш а х с у в а р о в. Стараюсь помочь, насколько это в моих силах. Летафет-ханум знает. Но боюсь, что мои усилия принесут мало пользы.

Ш а х с у в а р о в. Потому что дело Садыхова ведет Джангир.

Ш а х с у в а р о в. По закону мы не имеем права вмешиваться в действия следователя.

Ш а х с у в а р о в. А ничего другого я придумать не могу. Вы же знаете, что и с прокурором, и с Джангиром отношения у меня более чем прохладные.

Ш а х с у в а р о в. Было бы неплохо, если бы вы поговорили об этом с товарищем Атаевым.

Д и л ь ш а д. Разве о таких вещах можно говорить с Атаевым?

Ш а х с у в а р о в. Вы умная женщина, Дильшад-ханум, поэтому я буду говорить с вами вполне откровенно. Вмешательство Атаева совершенно необходимо! Если Садыхов не выпутается...

Ш а х с у в а р о в. Учтите, Джангир – фанатик, если он вцепился в это дело, его не оторвешь.

Поставить его на место может лишь такой авторитетный человек, как Атаев. (Пауза.) Видите, если бы на месте Джангира был я, мне было бы стыдно смотреть вам в лицо. А ему...

Д и л ь ш а д. Ясно. Он держится так, будто то, что он собирается опутать и посадить моего зятя, не имеет к нам ни малейшего отношения.

Ш а х с у в а р о в. Уверяю вас, именно так он и думает. (Пауза.) Д и л ь ш а д. Вы правы. Я непременно расскажу об этом Атаеву. Расскажу, даже если он поссорится со мной. В конце концов он обязан считаться со мной и моими родственниками.

Д и л ь ш а д. Посидите, я только загляну на кухню и вернусь.

Ш а х с у в а р о в. Чего ты так зло на меня смотришь, Лиля?

Л е т а ф е т. Ты еще спрашиваешь...

Ш а х с у в а р о в. Клянусь тобой, не понимаю.

Л е т а ф е т. Придешь вечером, объясню.

Ш а х с у в а р о в. Может, я не смогу прийти.

Ш а х с у в а р о в. Не подумай чего такого. Просто позвали в гости. Если не пойду, получится нехорошо.

Л е т а ф е т. Значит, те, кто зовет в гости, тебе дороже, чем я?

Ш а х с у в а р о в. Что ты говоришь, Лиля...

Л е т а ф е т. Придешь! Слышал?

Д и л ь ш а д (вносит на маленьком подносе чай, варенье). Ваше любимое розовое варенье. Сама варила.

Ш а х с у в а р о в. Зачем вы себя утруждаете...

Д и л ь ш а д. Ради кого нам себя утруждать, если не ради таких друзей, как вы.

Ш а х с у в а р о в. Честно говоря, я так привык к вашему дому, что тоскую, когда день у вас не бываю.

Д и л ь ш а д. Я считаю вас членом нашей семьи, Зияд.

Ш а х с у в а р о в. Я это знаю, Дильшад-ханум.

Д и л ь ш а д. Думаю, что мы не просто знакомые, но и близкие люди.

Ш а х с у в а р о в. Мы понимаем и ценим друг друга, Дильшад-ханум. А это очень важно.

Д и л ь ш а д. Несомненно.

Д ж а н г и р. На вашем месте я отправил бы макет на конкурс.

Р е й х а н. Мехриджан собирается еще что-то там улучшить.

Д ж а н г и р. Что ж, это никогда не помешает.

Д и л ь ш а д (Джангиру). Садитесь, выпейте с нами чаю.

Д ж а н г и р. Спасибо. Вечером мне предстоит провести беседу со строителями. Надо подготовиться.

М е х р и д ж а н. На какую тему беседа?

Д ж а н г и р. «Семья и общество».

Ш а х с у в а р о в. Очень интересная тема. Было бы время, я с удовольствием послушал бы.

Д и л ь ш а д (Джангиру). Вы – следователь. К чему вам эти беседы, лекции?

Д ж а н г и р. Наша работа никак не сводится к обнаружению и раскрытию преступлений, Дильшад-ханум. Главное – искоренить причины, порождающие преступления. А для этого людей надо воспитывать, прививать им высокие нравственные идеалы. Добиваться, чтобы само слово «преступление» исчезло из обихода.

Р е й х а н. Что же, каждый следователь должен быть еще и педагогом?

Ш а х с у в а р о в. Здравствуйте, товарищ Атаев.

Х о с р о в А т а е в. Говорят, приехал Ильдрым. А где же он?

Р е й х а н. Сейчас, папа... (Убегает в другую комнату.) Д и л ь ш а д (суетясь). Где ты с утра? Разве можно столько времени без обеда?

Х о с р о в А т а е в. Много работы, Дильшад.

Д и л ь ш а д. Дело делом, но нужно думать и о здоровье.

Д и л ь ш а д. Ты всегда соглашаешься, а ведешь себя так, будто у тебя в запасе три жизни. Дай шляпу, повешу.

Х о с р о в А т а е в. Не беспокойся. (Сам выходит и вешает шляпу.) Д и л ь ш а д. Сначала пообедаешь или...

Х о с р о в А т а е в. Не хочется. Внутри все горит.

Д и л ь ш а д. Видишь, вовремя не поел, и аппетит пропал. Нет, так нельзя. Мы ведь договорились соблюдать режим.

Х о с р о в А т а е в. На этот раз не получилось, прости. Даю слово, что больше не буду нарушать режим.

Д и л ь ш а д. Ладно, посмотрим.

И л ь д р ы м А т а е в. Хосров, привет! (Внимательно взглянув на брата.) А ты ничего, бодрый.



Pages:     | 1 | 2 || 4 | 5 |   ...   | 97 |