WWW.KNIGI.KONFLIB.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

 
<< HOME
Научная библиотека
CONTACTS

Pages:     | 1 || 3 | 4 |   ...   | 97 |

«ИЗБРАННЫЕ ПРОИВЕДЕНИЯ В двух томах (Перевод С азербайджанского) ЧИНАР-ЧАП БАКУ - 2002 ТОМ ПЕРВЫЙ Составитель и редактор: ЭЛЬЧИН народный писатель Азербайджана, доктор ...»

-- [ Страница 2 ] --

Р е й х а н. Муж Мелахет – крупный инженер. У него изобретения, статьи, книги... Гонорары – десятки тысяч...

Д и л ь ш а д (с улыбкой). Ну и что? Хосрову Атаеву подчинены десятки инженеров.

Р е й х а н. Так или иначе, но дом его ведется в полном соответствии с зарплатой, за которую он расписывается в ведомости.

Д и л ь ш а д (подходит к зеркалу, поправляет волосы). Эх, девушки... С вами не сговоришься.

Видишь, Мехриджан, как я за последнее время подурнела. Весна мне не идет...

М е х р и д ж а н. Вы всегда красивы, Дильшад-ханум.

Д и л ь ш а д (громко смеясь). Правда? (Вздыхает.) Нет, я старею. Видишь, седые волосы? Как говорят, хотя все считают время, время ни с кем не считается. Остановить жизнь нельзя. В следующем месяце мне стукнет тридцать девять, пойдет сороковой.

М е х р и д ж а н. Что ж, у каждого возраста своя прелесть.

Д и л ь ш а д. И все-таки молодость не заменишь ничем. (Короткая пауза.) Недавно видела на улице нашего молодого следователя.

М е х р и д ж а н. Вы говорите о Джангире?

Д и л ь ш а д. Да. Слишком уж серьезно держится. (С улыбкой.) Серьезность – хорошее качество.

Но ему явно не по возрасту.

Р е й х а н (Мехриджан). Пошли ко мне. Хочу показать тебе свой проект.

Д и л ь ш а д. Ханум обиделась. Эх, Лиля... В этом мире не стоит творить добро. Хочу, чтоб она вышла за Шахсуварова. Хорошо обеспечен, перспективы блестящие... К тому же какой деликатный и обходительный человек!

Л е т а ф е т. А что, у Шахсуварова есть такое намерение?

Д и л ь ш а д. Открыто пока не говорит. Но я чувствую, есть. Понимаешь, Лиля, Шахсуваров – человек, с которым стоит породниться. Таких людей теперь днем с огнем не сыщешь! (Пауза.) О чем ты думаешь?

Л е т а ф е т. Да так... Думаю, что Рейхан и Шахсуваров подошли бы друг другу.

Д и л ь ш а д. Конечно! А то Джангир, что ли? Тоже мне – партия! Эх, Лиля, наша беда в том, что слишком часто думаем мы не умом, а глазами. (Пауза.) Потому-то, когда ты не хотела идти за Садыхова и говорила: «Он старый, лицо не нравится», я сердилась. Теперь видишь, как он тебя содержит? На пальцах – бриллиантовые кольца, на шее – шесть ниток жемчуга, в полном твоем распоряжении – домработница...

Л е т а ф е т (нетерпеливо). Эх, тетя...

Д и л ь ш а д (гневно). Что – «эх, тетя»? Ты мне ответь, какой молодой парень стал бы ценить тебя так? А сердце у тебя было бы спокойным, как сейчас? Запомни, Лиля: любовь, поцелуи при луне и все такое прочее – пустое дело. Если хочешь быть счастливой, больше всего люби себя! (Пауза.) Я слышала, Садых в будущем месяце отправляет тебя в Кисловодск.

Д и л ь ш а д. Дура! Почему не хочешь? Поезжай. Молодая женщина, погуляешь, отдохнешь.

Человек живет на свете один раз, Лиля! Ценить надо свою красоту, молодость! Что у тебя за сверток?

Л е т а ф е т. Отрез на платье. Садых тебе послал.

Д и л ь ш а д (разворачивает, смотрит). Ой, Лиля, какая красота. Ни на ком я такого не видела!

Молодец, Садых! Видит Бог, вкус у него есть. И как мне подходит! Только вот где сошью, как надену? Если Атаев узнает о подарке, скандал будет на весь мир.

Д и л ь ш а д. Для него что свои, что чужие... (Пауза.) Надо пока спрятать и вынуть в день рождения. Может, тогда пронесет. Эх, Лиля...

Звонок в дверь. Дильшад идет открывать. Сначала появляется Садых Садыхов, за ним входят Агасалим с Xудушем.

Садыхов – низенький и толстый мужчина лет пятидесяти пяти. Рядится в простачка, но глаза хитрые. Он в новом костюме, при шляпе. Однако шляпа совсем не идет к его лысой голове и багровому лицу. Худушу сорок восемь лет, это худой сгорбленный мужчина с впалыми щеками, в глазах застыл испуг. Он разговаривает, взвешивая каждое слово. И словно бдительный гусь, все время прислушивается, настороженно вскидывая голову. Агасалим – рослый здоровяк лет тридцати пяти. Лицо самодовольное, красное и тупое. Все, что говорится, доходит до Д и л ь ш а д. Ого... Вот радость, к нам гости... Пожалуйте. Пожалуйте...

С а д ы х о в. Здравствуйте. Лилечка тоже здесь?

Д и л ь ш а д. Ты совсем отобрал у нас Лилечку, Садых.

С а д ы х о в. Хи-хи... Не говорите так, Дильшад-ханум, все мы до самой смерти ваши рабы...

Д и л ь ш а д. Ах, ах... Какой красноречивый мужчина. (Худушу и Агасалиму.) Почему стоите, садитесь...

Х у д у ш. Ради Бога, не утруждайте себя.

А г а с а л и м. Дорогой, раз пришел в дом, садись. (Придвигает стул и решительно садится.

Садятся и Садыхов с Худушем.) Д и л ь ш а д. Совсем на тебя непохоже, Садыхов. С чего это вдруг ты про нас вспомнил?

С а д ы х о в. Говоря откровенно, у нас к вам дело, Дильшад-ханум.

Д и л ь ш а д. Знаю, что без дела, просто так, не придете.

Х у д у ш. Бог свидетель, Дильшад-ханум, сколько бы вы нас ни ругали, все равно будет мало.

Д и л ь ш а д. Эх, мужчины! Если бы не ваш язык, вас давно заклевали бы вороны и коршуны.

Х у д у ш. Что можно возразить против правды?

А г а с а л и м. Переходи, дорогой, к делу. Не морочь ханум голову.

Д и л ь ш а д. Нет, нет, пожалуйста.

С а д ы х о в. Агасалим прав. И Атаев скоро придет обедать. Знаете, Дильшад-ханум, этот парень, что собирается с вами породниться, здорово нас мучает.

А г а с а л и м. Слушайте, чего вы все говорите намеками? Короче, Дильшад-ханум, следователь товарищ Джангир, который желает с вами породниться, устроил тотальную ревизию на стройке.

Д и л ь ш а д. Что ж, пусть проверяет или...



С а д ы х о в. Не подумайте чего-нибудь, Дильшад-ханум. Вы же знаете, там, где я, никто не посмеет даже косо взглянуть на государственную копейку.

С а д ы х о в. Вот это-то меня и бесит. Ты хранишь народное добро, как зеницу ока, жизнь за него отдаешь, а тебя подозревают. Всякие проверки, комиссии...

Х у д у ш. Слов нет, до чего обидно.

С а д ы х о в. Это бросает на меня тень, подрывает авторитет среди подчиненных.

Д и л ь ш а д. Понятно. А Джангир не объяснял, зачем он это делает?

С а д ы х о в (махнув рукой). Честно говоря, я и не спрашивал. Пусть делает, что хочет. Если бы я хоть чуточку волновался, никогда бы не пришел в дом Атаева. Просто перед людьми неловко. Мне за мою работу полагается благодарность, премия полагается...

Д и л ь ш а д. Ясно. (Подходит к телефону.) Алло... Заместителя начальника милиции Шахсуварова! Зияд? Прошу вас, зайдите к нам, важное дело. Жду. (Кладет трубку.) А г а с а л и м. Не расстраивайтесь, дорогая. Сто таких дел не стоят легкой тени на вашем прекрасном лице.

Х у д у ш. Как же не расстраиваться? Мальчишка с такими людьми не считается. Разве не знает, что Садыхов – зять Дильшад-ханум?

Д и л ь ш а д (сдержанно). Идите, занимайтесь своими делами. Придет Шахсуваров, поговорим.

Выясню, что к чему.

С а д ы х о в. Клянусь вашим здоровьем, если он и дальше будет шебуршиться, пошлю телеграмму в центр!

Д и л ь ш а д (резко). Пока ничего не нужно. Я сказала: идите, занимайтесь своими делами!

Х у д у ш. Большое спасибо. Да не будет у нас дня без вас...

Д и л ь ш а д. Комплименты оставьте на потом.

Х у д у ш (оскалившись). На потом оставлять нельзя.

Д и л ь ш а д (сердито). Хорошо, хорошо!

А г а с а л и м. Иди себе, не морочь ханум голову.

С а д ы х о в. Лилечка, ты останешься или...

Л е т а ф е т (сердито). Останусь!

С а д ы х о в. Что ж, посиди. (Фамильярно.) Уж если племянница встретилась с тетей, теперь их друг от друга не оторвешь. Взаимная любовь. Пошли, ребята!

Д и л ь ш а д. Эх... Только дня своей смерти не знаю. Едва я увидела этого Джангира, сразу поняла, что за птица. Ты только посмотри, какое нахальство! Какая дерзость! Знает ведь, что Садыхов – мой родственник, и все-таки устраивает этакую кутерьму. Ну ничего! Посмотрим.

Р е й х а н. Дядя Ильдрым... Дядя Ильдрым... (Убегает.) Дильшад хмурится. Мехриджан с напряженным вниманием всматривается в окно. Входит Ильдрым Атаев под руку с Рейхан. Это красивый мужчина лет сорока. Он невысок, но очень хорошо сложен. Волосы седоватые, но густые. Лицо умное, приветливое и очень спокойное. Будто этому человеку заранее известно все, что может Д и л ь ш а д. Добро пожаловать, Ильдрым...

И л ь д р ы м А т а е в. Спасибо... Мне надо прийти в себя. С тех пор, как я уехал, здесь все так изменилось... Если не ошибаюсь, это – Летафет, ваша племянница, дорогая Дильшад-ханум?

(Пожимает руку.) Р е й х а н. Вы по-прежнему все помните. Познакомьтесь, дядя, это – моя ближайшая подруга Мехриджан.

Д и л ь ш а д. Как вы поседели, Ильдрым!

И л ь д р ы м А т а е в. А вы, напротив, совсем не изменились.

Д и л ь ш а д (улыбаясь). Правда?

Р е й х а н. Не огорчайтесь, дядя. Хоть волосы у вас и поседели, вы остались молодым и красивым.

И л ь д р ы м А т а е в (краснеет, мельком взглядывает на Мехриджан, потом шутливо).

Спасибо, племянница. Почаще говори своему старому дяде такие комплименты. Ладно, а где же Хосров? Ведь сегодня выходной.

Д и л ь ш а д. Вы же знаете его характер. Какие для него выходные...

Д и л ь ш а д. Хорошо, еще здоровее, чем прежде.

М е х р и д ж а н. С вашего разрешения я пойду.

М е х р и д ж а н. Бабушка будет беспокоиться.

Р е й х а н. Тогда конечно. Но обязательно приходи.

М е х р и д ж а н. Спасибо. До свидания. (Уходит.) И л ь д р ы м А т а е в (Рейхан). Что делает твоя подруга?

Р е й х а н. Она архитектор.

КАРТИНА ВТОРАЯ

М е х р и д ж а н (задумчиво). Когда я сейчас шла к вам, Ильдрым Атаев окапывал большой куст сирени у вас в саду. И лицо у него было такое грустное...

Р е й х а н. Этот куст – память о дядиной любви. Восемь лет назад Фирангиз посадила этот куст.

М е х р и д ж а н. Она была его невестой? (Рейхан кивает.) Что же случилось?

Р е й х а н. Они расстались.

Р е й х а н. Дядя тогда работал здесь инженером. А Фирангиз была агрономом и занималась садами. В ту весну, когда она посадила этот куст, они собирались пожениться. И вдруг, совершенно неожиданно, произошел разрыв. Буквально накануне свадьбы.

Р е й х а н. Знаю, конечно. Вместе с дядей в строительной конторе работала плановиком девушка Лида. Полька по национальности. Красивая, веселая, ужасно любила пошутить. К тому же приятельница Дильшад-ханум. К нам она приходила часто, можно сказать, ежедневно.

Р е й х а н. Да. И вот прошел слух, что дядя Ильдрым влюбился в Лиду, и они решили пожениться.

М е х р и д ж а н. Понятно, Фирангиз возмутилась. Ревность – страшное чувство.

Р е й х а н. Дядя действительно дружил с Лидой, она ему нравилась. Но кроме дружбы, это я знаю точно, у них ничего не было. Однако, знаешь, когда фитиль подожжен, погасить его невозможно. Как дядя Ильдрым ни пытался, переубедить Фирангиз ему не удалось. В конце концов он же не святой, разозлился, и они расстались. Фирангиз уехала. Вот так...

М е х р и д ж а н. Хорошо, а откуда взялся этот слух? Как он возник?

Р е й х а н. Отсюда. Он возник здесь, в этом доме.

М е х р и д ж а н. Что ты говоришь, Рейхан!

Р е й х а н. Говорю то, что знаю. Дильшад-ханум не могла допустить, чтобы дядя и Фирангиз поженились.

Р е й х а н. Потому что Фирангиз была выше ее во всех отношениях. Красивее, умнее, образованнее. Дильшад-ханум нарочно зазывала к нам Лиду и старалась создать такую обстановку, чтобы Фирангиз была вынуждена ревновать... (Пауза.) М е х р и д ж а н. И все же Фирангиз сама виновата во многом. Зачем верить слухам, когда можно просто спросить?

Р е й х а н. Потом она и сама это признала. Гордость...

М е х р и д ж а н. Сейчас она замужем?

Р е й х а н. Говорят, да. (Пауза.) М е х р и д ж а н. Ильдрым Атаев очень ее любил?

Р е й х а н. Наверное, очень. Помню, когда она уехала, дядя будто в один день постарел. (Пауза.) Р е й х а н. Дядя, ты столько возился в саду. Не устал?



Pages:     | 1 || 3 | 4 |   ...   | 97 |